ardm2016

Categories:

Через Монды на Байкал. Селенга

Продолжение. Ранее было Нухэн-Дабан, Мунку-Сардык и Большой Саян

Монды, Иркут и Мунку-Сардык
Монды, Иркут и Мунку-Сардык

9 сентября. Утро в Мондах оказалось солнечное. Может и имело смысл вчера остаться там, наверху, у костра. Водитель, услышав, где мы вчера побывали, сказал, что с погодой нам повезло.

Монды. Колорит
Монды. Колорит

Искупались в Иркуте. Монды вот они, прямо на ладони. Над ними припорошенный снежком Мунку-Сардык. До Монголии 10 км — какая же ностальгия охватывает! Это же туда журавли улетели... Километров 500, и уже жарко, достанешь майку. Ещё 500 — китайские сливы на каждом шагу... Вспомнился Роман-НЛО-ник, его отчаянное желание впасть в спячку, как медведь. В двух шагах от таких возможностей он живёт — и вот надо же, вместо загра-паспорта — спячка... А ведь и охотник, таёжник, профессионал своего дела, способный на непростые поступки. Хорошо, что я ЗП свой специально оставил дома, чтобы не было ни одного соблазна свалить.

Монды. Колорит
Монды. Колорит

А тут ещё на КПП девушка поделилась своими мечтами о путешествиях. Нигде не бывала, только работала на границе. 

— Да и не известно, побываю ли!

Сама любит ходить с рюкзаком, но — оказывается, даже после увольнения ты 5 лет будешь невыездной... И само увольнение будет ли, не известно когда.  Столько путешественников проходит... Позавидовала нам. А мы подивились, какая у людей бывает жизнь. Вот так!

Местная!
Местная!
А это акации здесь превратились в низкорослые колючки!
А это акации здесь превратились в низкорослые колючки!

После Монд холод окончательно отступил. Ни тебе живописных мазков осинок по склонам, ни бурных прозрачных рек, ни притягательных гор. Кедры превратились в сосны и шишками больше не балуют. Водители в кузова уже не сажают... А в Кырене оказалось и совсем плоско, да и зелено. Пару осенних мотивов и только...

Погранцы угостили печеньем. Я не знаю, что со мной, но во рту любое магазинное печенье после тайги как сладкий песок, совсем без восторга. И тушёнка после рыбы та же дрянь. Ну, живем уже по старому тувинскому принципу: тушёнка – не мясо, ягода не еда, рыба «выходит». Облепихи надрали, всё лучше печенья. С Мунку-Сардык и в самом деле как какой-то энергетический барьер перешли, хочется уже обратно вернуться. Как будто всё «самое-самое» осталось в Окинском районе: сметана, молоко, душистый хлеб, гостеприимство, виды, трогательность природы и отношений, вкусная вода. Появились аншлаги: баня, сауна, фитобочка, тёплый гараж. Даже Аня загрустила. Вот, говорит, там позади, на перевале, даже чум стоит, крытый корьем, для всех желающих, только ночуй! От дождя, ветра заботливо укроет, и вид красивый. Чуть ли не каждая машина подвозит, в каждый дом можно постучаться... Ну ничего, говорю, все впереди, может и вернёмся когда, через Шумак в Окинский район.

В Слюдянке были к середине дня. Урааа, вот и Байкал! На центральной площади выловили первый интернет за всё время с начала похода... И Аня повеселела. В Улан-Удэ нас уже ждали в гости родители Евгении Рожиной, но мы не успели — уехали лишь до Выдрино. Оказавшись в Выдрино под вечер и так никуда уже не уехав, пошли стучаться по домам. Идем в лес, говорю Ане, но она так вздохнула, что думаю — ну хватит с тебя, ладно. На улице прохладно, пойдём в деревню.

Стучаться по домам это всегда весело. Двери распахиваются, свет, удивлённые лица. Фраза произносится приблизительно так:

—Мы путешественники, спустились с гор, пришли пешком из Тывы в Бурятию, едем в Улан-Удэ. Пустите переночевать! Спим на полу, едим своё, нужно всего лишь немного тепла.

В первом доме:

—Мне некуда, 5 детей, шагайте к Гале — она принимает гостей.

Галя:

—Да конечно проходите... Бесплатно? Нет, бесплатно — нет.

Тут из первого дома мужик догоняет и вручает нам пару омулей. Омули пришлись как раз кстати к горстке накопанной близ Монд картошке.

В третьем доме армянин:

—У меня семеро... да вот идите к соседке!

И сам же (Ашот) тут же двором прошёл к своей соседке и нам её дверь открыл. При этом соседки дома не оказалось — только её родственница, которая и не была против:

—Я же не хозяйка! Ну что я решаю? Ничего. Ну проходите, раз Ашот решил...

Что несказанно удивило саму хозяйку, когда та вернулась из бани.

—А кто это?

—Их Ашот привел. Путешественники.

Вопрос на этом оказался исчерпывающим! И летняя кухня оказалась в нашем полном распоряжении. Мы сходили в баню, сварили припасённой картошки и съели её с омулями и овощами с огорода. И заснули прямо на полу.

Ну не весело ли? Всегда стучитесь по домам!

Вечер над Байкалом. Всё о России в одном кадре))
Вечер над Байкалом. Всё о России в одном кадре))

Приятно было снова оказаться на Байкале, а ещё и ночевать с видом на него. Это здесь водится пресноводный дельфин — совсем как в реках тропиков Эквадора! И голомянка — живородящая рыба: бледная, глазастая, с плавниками — опахалами. 

Спасибо за ночлег!
Спасибо за ночлег!

10 сентября. Утром нас подвёз директор детской школы Танхоя. Так я снова оказался при заповеднике Байкальский, на этот раз на еджегодном мероприятии по очистке Байкала от мусора. Всех волонтёров кормили, ну и нас не забыли покормить тоже. На выставке местных товаров напробовались варенья, ане презентовали баночку малинового и горку овощей со словами: 

—Девочка же!!! И с таким рюкзаком!!!

С Танхоем много всего связано. Именно сюда проходила ледовая переправа с порта Байкал. Здесь же и речка Безголовка — мыли золото, отрубали головы золотоискателям и бросали в реку, — такие россказни. Ну и заповедник Байкальский, конечно! В предгорьях Танхоя почвы не промерзают, мягкий климат, поэтому кедры особенно пушисты. Здесь же, на трассе, по которой мы едем в Улан-Удэ, проходил и Старинный сухопутный маршрут из европейской России через Сибирь к границам Китая и обратно. Он же — кандальный тракт (ст. Мишиха). Каторжанин шел 8 месяцев по этапу...

О Байкале я немного уже писал: озеро Байкал, южный берег

Селенга. Вид с дороги
Селенга. Вид с дороги

Следом была машина уже сразу в Улан-Удэ, куда прибыли к 19 вечера. Нас душевно встретили Рожины Полина Николаевна и Алексей Станиславович. Накормили курицей с картошкой, помыли, спать уложили... 

Расположились мы на ворсистом ковре, просто чудо какое-то! Уже и забыли об Окинском районе... Как быстро чувства проходят, уму непостижимо. А казались такими сильными, спекающими, тянущими назад. И единственно верными!

Единственное, что забывается долго — это любовь. Вложенная ли в уста или шелест ветра, или в тепло солнечных дней. Но даже если и она забывается, а мозг уже не соображает, то улыбка — искорки воспоминаний былого костра, как сухой остаток, остаётся с тобой уже навсегда.

Продолжение Этнографический музей народов Забайкалья



Error

default userpic

Your reply will be screened

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.