ardm2016 (ardm2016) wrote,
ardm2016
ardm2016

Categories:

В гостях у Юрия Никитина

Продолжение. Ранее запись Из Кызыла в Тоджу



Ночь. И вдруг - сноп света из-за распахнувшейся, оббитой чем попало – лишь бы не просачивался холод, двери. И за ней - линии, выстраивающие реальность. Мягкость черт приветствующих лиц. Анастасия и Юрий улыбаются гостям, и мгновенно темнота отступает, сворачивается в бесформенный комок, а затем и исчезает навсегда. Давний, неизменный мотив. Ведь именно так и творился этот мир: светом, радостью, добром и любовью. Самая древняя заповедь, и чуть ли не единственная вообще. Мы меняем отношение к ней, а она не меняется. Забывая, теряя связь, мы все, каждый – так или иначе, начинаем бредить желанием «как жить». А жизнь - вот она, способна расцвести в простейшем моменте всеми цветами радуги, только научись видеть. И наоборот – останется стылой и чёрной, если не делать тот единственно правильный, а значит только и существующий выбор, шаг навстречу свету, людям, прекрасному. Не уметь читать древние символы Природы: тьма, свет, зло, радость. Любовь. Не верить в них по своему невежеству, отвергая дар жизни как «дар», воспринимая его как обыденность.





Юрий Григорьевич Никитин, по-местному Григорьич, у которого мы неожиданно оказались в гостях, - опытнейший охотовед Тоджинского кожууна, проработавший главным охотоведом района десятки лет, коллекционер уникальных охотничьих трофеев и обладатель престижных премий в этой области, охотник – промысловик. А прежде всего он – Человек, который уже сто раз мог бы «загнать» свою коллекцию и покинуть Тоора-Хем, навсегда оставить его вместе с ледяными зимами, мошкой и глухоманью где подальше. Дом Никитиных, Юрия и Анастасии, интереснейшее место на планете, с одной стороны напоминающее жилище колдуна, с другой – музей естественной истории, а по виду – участок леса. Несколько сараев доверху наполнены охотничьими трофеями. Закопчённые до черноты котлы, большие и маленькие, все как один - для варки черепов, встречаются повсюду. Обстановка незатейлива, но каждый болтик, обрывок рыболовной сетки, горбылёк, кусок проволоки занимает законное место. Поэтому, несмотря на кажущуюся запущенность территории и разруху вокруг пустоватого дома, который рококо отродясь не видел, в нём просторно, светло и уютно. А то, что дырявые сапоги лежат плотной стопкой здесь же, где обыкновенно располагается пуфик, разве это показатель качества жизни? Конечно нет! Вся жизнь – это временная стоянка, отсюда и своеобразный порядок вещей, где каждая вроде бы брошенная палка на самом деле числится в памяти как лиственница или там липа. И если вы об этом забыли, это ваши проблемы.



Весь дом Никитиных, как и сам Юрий Григорьевич, характерный пример жизни именно как смысла: «неладно скроен, да крепко сшит». То, что необходимо, здесь в наличии всегда: свет, вода. Кусок хлеба. Место за столом для усталого путника. А для незванного гостя — пуля. Вот забеги медведь к вам в огород, что будете делать? А уж Григорьич в два счёта с ним разберётся. В целом, именно этот показатель и отличает человека во все времена: профессионал лишь тот, кто принимает оптимально правильный выбор в любой ситуации независимо от профессии. И уж конечно совсем не тот, кто пытается решить всё с помощью денег. Те времянщики, а Никитин справедливый бессеребренник. Тот самый человек, которого мы зовём «настоящий сибиряк». Говорящий на языке именно лесном. Что это за язык? Трудно сказать. Точнее всего определить, что он – свод наблюдений, которые Никитин изучал на протяжении 38 лет. Встречаясь один на один в тайге с медведями, волками и браконьерами.


В интерьере

«Все звери и птицы понимают друг друга. Принцип единства: всё взаимосвязано и не должно пропадать. Вот, ворона показывает охотнику зверя. И каркает, чтобы слышали все. Потому что животные в отличие от нас – не эгоистичные индивидуалисты. Им нет смысла банкинг создавать. Соболь пожрал, пошёл – следы оставил. Другой соболь унюхал – вернулся по следу, тоже пожрал. Кедровка запасает по лесу орехи для всех. Много примеров».

В этом «лесном языке» невольно сравнивается жизнь «таёжная» - звериная, с жизнью людской - «городской». Лесной язык подобен языку сотворения: в нём звучат нотки созидания, отделяющие свет от тьмы, зерна от плевел. Акцентируются ценности, отвергаются заблуждения по одному лишь критерию: жажда жизни и справедливость.




«Жирный волк – это кинологический стриптиз. Почему? Потому что жирным он не бывает – глотает кусками. Наверное – зубы бережёт. Наглотался – поспал. Может отрыгнуть мясо в снег – сделать заначку. Волчица так кормит волчат».


Слова на лесном языке звучат лаконично, не выдавая сложное за простое – не дробя и хитря, а наоборот – упрощая до истины. Объясняя причины явлений и порядок вещей чуть ли не в двух словах. И объяснения эти более тождественны, чем собачий "Булгаковский вариант". Это говорит нам, что не надо романы кроптить, чтобы объяснить природу. И уж тем более не стоит её пытаться изменить. Достаточно лишь скромно жить в ней – и этого будет более, чем достаточно для счастья. Учиться больше наблюдать, чем присваивать. А Буддизм так прямо и заявляет: говорить на лесном языке – это прежде всего исследовать себя.



В Тодже

«Индивидуалист только медведь, тот сторожит добычу. У медведя сложная жизнь именно потому, что он индивидуалист. У волков всё проще. Первый ест самый сильный, потом по иерархии – вот почему слабый однажды обречён. Если вырезать и оперировать – это нарушение системы. Выживание слабых приведёт к уничтожению стаи и вида».


У слушателя «лесного языка» невольно открываются глаза на творящееся вокруг, в мире. Происходит сопоставление с фактами. Проясняется та самая "правда". Почему тайга поредела за последние 15 лет? Почему за 5 лет рыба исчезла в Енисее? Потому что нет закона, а есть вседозволенность, порождающая человеческую жадность. На охоту и рыбалку в Тоджу люди рвутся из других районов и даже областей. Весной измученная стужами, беременная самка марала или косули выбирается из чащи на припёки, где снег сходит раньше, набухают первые почки. И попадает под ствол ружья приезжих. То же происходит с рыбой — сетями перегораживают реку в нерест. И у каждого новоявленного браконьера своё мнение "хозяина тайги".



Зима долгая

Потом эти люди выкладывают свои преступления на ютубе, ещё и гордятся ими. Я мол промысловый охотник! Убил беременную женщину! Или икры напорол – тоже зверски. Лечу в тайгу на вертолёте! И в самом деле, это же даже не волк, а стриптиз. А то и больной человек, маньяк. Предпочитающий ружьё фотоаппарату, серийное убийство - восхищению красотой. Иначе как сопоставить желание убивать с отсутствием необходимости это делать? Особенно когда вокруг столько прекрасных альтернатив, да та же камера. Настоящий промысловик в тайгу ходит лишь затем, чтобы выжить. На вертолёт у него денег скорее всего нет, каждый патрон на счету. И самку на припёке он стрелять не станет, зачем? Потому что знает по крайней мере, что придёт в тайгу через год, и через два, и через пять лет.




Далее Тоора-Хем - врата в Тоджу

Tags: Тоора-Хем, Тува, Юрий Никитин, добро и зло, жизнь в природе, природа и люди, саяны, символизм, тайга, человечность
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments