ardm2016

Categories:

На Орловку и природа созерцания

Продолжение. Ранее Миграции белух, лебедей, и нас - людей

17 сен.

Утром на улице близко к нулю градусов. Туманно, видимость максимум 50 метров. Ночью немного подморозило понизу у ручья, но в целом было тепло. И правда, погода здесь не бывает, а зарождается. КАРТА

Димино дежурство – разбудил отчаянный мат. Дима выскочил из палатки в трусах, думая – сейчас зажигалкой опять как чиркану, тут же загорится – быстро согреюсь! Однако, вчера дочиркался. Кремень вышел! Вот я смеялся, когда он начал запасную зажигалку искать. Ну бывает же!

Пестрый Кольский полуостров
Пестрый Кольский полуостров

Туман спал к 10 утра и я еще раз поблагодарил эти сопки, припоминая вторую избу на Панфиловке: даже видя ее, держа в поле зрения, мы не сразу нашли спуск к ней среди расщелин и скал – такой рельеф. Как хорошо, что мглистая часть пришлась на ту сторону маршрута, а не сейчас!

На Острой Лудке заброшенный радиоактивный сигнальный пост. Генератор еще валяется.

Сигнальные объекты 80-ых 20 века
Сигнальные объекты 80-ых 20 века

Идём на Хапаевскую бухту. С грустью вспоминаем вчерашнее синее небо – сегодня погода совсем другая. Внезапно мглу пронзает лучи и падает полоской воодушевления на море.

— О-о-о! – воскликнул Димыч. – Это благая весть нам! Надо бы этот знак разгадать.

— А что тут гадать, — отвечаю. – Последний луч солнца в этом году. Разве ты сегодня с утра не это почувствовал?

Но предстоящие холода на оставшуюся часть пути меня не пугают. Грусть потому, что возвращаться в город совсем не хочется. Здесь ты герой, один на один со всем миром, а там? Кто ты там, в безликой толпе? Это из метро рвёшься на волю до изнеможения – хочется растолкать всех и бежать, бежать навстречу солнцу. А здесь такого острого чувства неприятия нет. Даже злость – позитивна. А одиночество скрадывается дорогой, наблюдениями и многообразием мира, который воспринимаешь не как бездуховную реальность, а исключительно как творение.

Посему рай — это всего лишь ориентир, который понадобился в искусственных условиях для обозначения выхода в целях повышения работоспособности. В природе солнце уже греет. А любой ручеек бежит с радостью тебя напоить.

К ориентирам можно причислить и следующие темы: про разум, прогресс, цивилизацию... Получается, это же всё одно и то же!!! Вот на счёт ума, предположим — он это значит, не только «кому как». Но и «кому зачем», и «кто как»! А это всего лишь означает нейронные связи, которые необходимо выстраивать намеренно. Но можно обойтись и без этого знания, если просто, заручившись к тому необходимостью, повторять порядок природы — нейронные связи выстроятся в соответсвии с её древними законами. Поэтому и не надо знать, что там стучит в груди. Важно безусловно любить само творение и всё, что позволяет ему существовать. Жить с богом в сердце. Вот такая вот разница со слепой верой, до противоположного!

Для такой жизни с богом в сердце достаточно лишь созерцать, вглядываться в эти прекрасные картины. Одинокие картины, но почему-то чем дольше в них смотришь, тем прекраснее они становятся. Почему? Да вот он, ответ. Даже в пожухлую траву смотришь, столько разнообразия! Ни одна смятая стравинка не повторяется, каждая лежит по-своему и вместе с другими составляет разнообразный, бесконечный в ширину и глубину, узор. Что мертвое, что живое... везде будет так. И взгляду, то есть уму, созерцать это нравится, потому что ум всегда ищет стабильность, за что зацепиться — а тут этот нет. И вынужденно находит эту стабильность в разнообразии... А у людей музыка ещё ничего, хоть и повторяется. А быт, мирское, так вообще мрак прямоугольников, заборов, проводов и кирпичей. Вот почему, и что душа не принимает! Убогости... И вот она разница между мирским и духовным, между верой — и жизнью с богом в сердце. Между искусственными условиями и естественными.

Вот почему зависимость от денег — самая тяжелая форма рабства и поражения сознания, а зависимость от путешествий — самая легкая форма из всех болезней. Или: умереть одиноким и несчастным — последнее, чего бы желал от тебя Бог, но не Система. Все эти фразы об одном и том же. Они показывают разницу сред, искусственной и естественной, и опыт восприятия их. То есть — роль осознания.

Кустарника становится больше — старательно обходим. Если раньше можно было идти прямо через него, то сегодня высматриваем загодя плотность и протяжённость зарослей. Только один раз влезли. Армии кустов стоят иногда и в 300-ах метрах от побережья. Очень правильно сделали, что пошли именно здесь, а не вдоль «телеграфки». Оказывается, не только болота и кочки, но и кустарник на этой широте неприятное препятствие на пути, и чем дальше от моря – тем этого больше. А здесь, вдоль моря по мыскам, местами непрямой прерывистой линией тянется череда оленьих троп. Посовещавшись, мы назвали это место Оленинским проспектом.

— А как там пройти, ребята?

— Выходишь с Дальних Зеленцов на Оленинский проспект – и дальше по прямой!

И в самом деле так!

Одна из специфичных черт Балтийского щита вот такие каменистые мелкоозерья
Одна из специфичных черт Балтийского щита вот такие каменистые мелкоозерья

На обед банка щуки в томате, презентованная нам Николаями. Вкусно, но мало. Дима старательно вылизывает даже крышку. И вдруг говорит:

— Видел медвежью удачу на тропинке? Ягодами питается. Брусника только наполовину переваривается, красивая. Прям хоть собирай и ешь.

Оголодал!

Каверны от ветра - специфика прибрежного ландшафта Кольской тундры
Каверны от ветра - специфика прибрежного ландшафта Кольской тундры

Выход на Орловку по ровной тундре — без камней и кочек.  Я заглядываю с высоты в бухту Орловки и в самом деле чувствую себя на высоте. Вот это скалы! Восточная Лица, часть вторая. Ошибся — не посмотрел в карту повнимательней, где песчаные бухты обозначены черным точками. Здесь их нет — мощный врез моря в берег. Ищем избу, которая где-то здесь, судя по намёткам Петро. В устье не видно. К реке не спускаемся, так и идём верхом до впадения Лаккуева ручья, смотрим там избу — снова нет. Солнце смилостивилось, посветило под вечер, я сделал прекрасные фото. Но где же изба? Сижу, оглядываю с высоты берег в отлив. Осталось одно место — у перебора воды, где камушки – явно брод. И склон там лесист и полог. Точно там, больше негде. Иду туда, нахожу тропу, а с ней и избу. Три часа искали! Возвращаюсь, собираем вещи, идем. И надо же – ошибаюсь! Ищем избу минут 30, лазая по камням и кустам. Ничего не видно в лесу. Но вот, наконец — печь раскалена. Отличная буржуйка с высокой трубой быстро дала много тепла. За пробитым окном глядит осень. Улыбается.

Интересный поворот дня случился под вечер с этой избой. Все теоретические предпосылки размышлений «о разнообразии» сложились на практике. И такое чуть ли не ежедневно! Практика созерцания, которую не каждый выдержит. Но которую выдержит каждый, кто окажется в условиях автономного путешествия. 

Кольский полуостров! Всем для этого рекомендую! Всего лишь 80 дней вашей жизни, которые вы тем превратите в сундук с драгоценностями.

Далее Золотая осень на Орловке


Error

default userpic

Your reply will be screened

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.